Работа над проектом: контроль и принципы

Продолжаем разговор о подходах к разработке сложных проектов, требованиях к сотрудникам, особенностях заказчиков и проектов. Технический директор компании «Онлайн-Медиа» Вячеслав Крампец делится своим опытом веб-разработки.

Вячеслав Крампец о взаимоотношениях с заказчиком

— Хотелось бы продолжить разговор, который у нас состоялся не так давно. Мы говорили о том, что в компании достаточно интересный и своеобразный подход к фиксации трудозатрат сотрудников. Компания, видимо, имеет какую-то свою специфику. И я хотел бы задать вопрос: на чем, на какого рода проектах компания специализируется? Что лучше всего получается, и, соответственно, какие клиенты возникают?

Специфика учета времени возникла не просто так. Общее направление деятельности компании — даже не с точки зрения технологий, а с точки зрения взаимоотношений с клиентами — это долгое-долгое сотрудничество. А долгое сотрудничество невозможно без доверия: нам нужно выстроить долгие доверительные отношения с заказчиком.

Потому что на длинных отрезках не бывает отношений с быстрой маржой, например, «быстренько срубили, забыли, отпинались, и всё». Нет такого. Долгие отношения подразумевают честность, открытость, то есть чем понятней процесс и заказчику, и исполнителю, чем это более открыто и прозрачно, тем больше шанс эти отношения выстроить.

Отсюда и пришло управление временем, потому что у нас прозрачная схема от самого начала, то есть все время, которое тратит сотрудник по проекту, фиксируется. Это время, соответственно, без всякой коррекции попадает в отчет заказчику, и заказчик его оплачивает. Это вот идеальная схема, у нас таких заказчиков немного, но они есть.

Заказчик полностью нам доверяет, он просматривает все отчеты — у нас есть все средства онлайн-мониторинга, то есть человек работает, а заказчик может сидеть смотреть и видеть, что вот сейчас по такой-то задаче время идет. И он может в любой момент сообщить по е-мейлу, спросить: «почему так много времени, я вот по этой задаче не ожидал такого количества времени» — и тормознуть как можно раньше.

Это всё, вот эта открытость, все эти средства для открытости нужны для того, чтобы заказчик был спокоен за то, что его не обманут. Отсутствие обмана — это и есть доверие.

— То есть почти идеальная схема для компании. Вы выстраиваете такие отношения, что заказчик оплачивает все ваши трудозатраты на его проекте, управляет задачами каким-то образом через руководителя проекта и получает для себя абсолютный, ожидаемый или не ожидаемый, но прогнозируемый вариант. И если он идет на какие-то изменения проекта, то он готов к тому, что такие изменения приведут к увеличению оплачиваемого времени.

Да, именно так. Собственно, поэтому и время. Поэтому и сотрудники, которые занимаются проектом, должны свое время вести обязательно. Оно ведется автоматически — мы пытались как можно больше облегчить сам процесс для сотрудников. Но есть психологические, конечно, требования к сотрудникам. Сотрудник должен понимать, что время ведется и что он несет ответственность за репутацию компании.

То есть между клиентом и нами стоит прослойка нашей репутации — она как раз базируется на том «коне», что мы не врем. Нам нет смысла врать, и ради сиюминутной выгоды мы не будем заказчика обманывать.

На маленьких проектах достаточно всё легко происходит: ты взял готовую технологию, использовал ее, выкатил что-то среднее ожидаемое по рынку, и заказчик вроде доволен, но осадочек остается.

На длинных проектах так не работает. Поэтому мы говорим, что да, у нас люди ответственные, да, они ведут время ответственно, они понимают, что они ответственны за результат и, исходя из этого, несут на себе вот это вот «бремя». Но понимают, что даже если в каком-то случае где-то что-то пошло не так, вылезли какие-то изменения, что-то не адекватно оценили изначально... Вот в таких отношениях фактор предварительной оценки нивелируется — все ошибаются в предварительных оценках.

Кажется, в нашем рынке это самая большая головная боль — точно оценить, и чтобы потом не влететь на минусы либо заказчику, либо исполнителю. А чем длиннее оцениваемый объем работ, чем он больше, тем погрешность выше и риски выше.

— Выстраивание подобных отношений с заказчиком и такой формат работы, наверное, предполагают, что у вас есть какие-то специфические требования?

Скорее психологические, какие-то личностные качества. Мы считаем, что нормальный, хороший профессионал должен спокойно относиться к любому количеству изменений. Он должен понимать, что работа — это не «прибежал, выкопал, посадил картошку, убежал, всё». Это что-то более длительное.

Работа — это долгая ответственность, работа не заканчивается тем, что ты сделал задачу, сдал ее, потом ее оттестировали, заказчик принял, и так далее. Ведь через месяц заказчик может понять, что вот именно такая-то часть бизнес-процесса его не устраивает, и нужно переписать и, может быть, даже переписать с нуля, а может, переписать 15 раз подряд — пока он не найдет именно те требования, которые точно попадают в его представление, в его бизнес-процессы.

Есть такая поговорка: «Автоматизация меняет субъект автоматизации».

Как только вы что-то начинаете писать, клиент начинает это встраивать в свой процесс, подстраивать бизнес-процессы уже под новое и говорит «о!», и вот еще что-то поменялось. И этот итерационный процесс длинный.

— В 100% случаев это так, даже когда заказчики этого не осознают.

Конечно. Поэтому нужна толерантность к изменениям, мне кажется, ее не воспитаешь: человек либо относится к своему труду, как «Я творец, я это написал» — и тогда любое изменение любого символа, любой точки или запятой, что-то там поменять — «Это всё испортит, всё, Мона Лиза не удалась». Такие — это не наши люди, однозначно.

— Предполагаю, что есть и возрастные какие-то особенности?

Это уже вытекающее. Исходя из этого, можно сформировать примерный портрет: да, в основном это люди уже немолодые. После института или студенты обычно такими качествами не обладают. Есть исключения, но это однозначно интроверт, это однозначно люди спокойные, у которых есть где выплеснуть свою творческую энергию, то есть он занимается дома, хобби у него какое-то, или он аутсорс пишет, и так далее.

А к работе относится как к работе, то есть он понимает, что работа — это ответственность, на нем лежит ответственность, например, за свою семью, детей кормить. Он понимает, что «я делаю вот это, я должен делать это хорошо», чтобы выполнять свои обязанности по содержанию семьи.

Но не нужно фанатеть, в таких условиях люди-фанаты быстро перегорают, когда пятый-шестой раз просят переделать один и тот же кусок. Конечно, тут какой фанатизм — никакого фанатизма здесь уже не будет.

— Продолжая о требованиях к специалистам... Компании нужны специалисты сейчас?

Всегда нужны специалисты. У нас сейчас рынок такой, что специалисты нужны всегда.

— Компания растет, развивается, есть планы по росту или просто?..

Нет, мы не растем. Это связано с ограничениями по структуре компании.

— Эпитет, который первым приходит здесь в голову — стабильность. То есть можно сказать, что стабильность — это ваше.

Стабильность, да, это про нас. И для заказчиков, и с точки зрения сотрудников. Мы стараемся обеспечить сотрудникам максимальную стабильность: мы никогда не понижаем зарплату — вообще просто в принципе не понижаем, потому что нет смысла понижать. Это сильно демотивирует и расстраивает людей. Потому что такое люди не планируют никогда — понижение зарплаты.

Мы никогда не изменяем наши договоренности по рабочему времени: есть люди, которые привыкли ходить в отпуск в одно и то же время — мы договорились с ними, и если мы хотим что-то поменять, мы за год постараемся с ними договориться, и так далее, чтобы люди свои планы могли простраивать на как можно более долгую перспективу. Как-то так.

— Получается, что когда вы работаете в ситуации длинных проектов, когда заказчик оплачивает полностью всё ваше время, трудозатраты, то это такая достаточно хорошая и комфортная ситуация для работы. Наверное, таких заказчиков немного на рынке?

Ну да, для нас психологический портрет нашего заказчика сформирован таким образом: в основном это люди, которые понимают, что им нужно, они ориентированы на результат. Но нет такого, что результат «здесь и сейчас» — они тоже строят свою политику, свою бизнес-политику на длинный срок. Вот те, кто строит ее на длинный срок, кто имеет какой-то выстроенный план, какое-то видение, кто думает вперед рынка — это те клиенты, которые к нам приходят и которые готовы вкладывать.

Потому что с первого взгляда для заказчика это кажется абсолютно невыгодной ситуацией. «Почему мы должны платить за всё? Можно же пойти и дешевле где-то сделать». Это типично совершенно. Но смотрят, понимают, что мы не врем. Мы говорим: мы не врем, с нами проще — есть такие минусы, есть другие минусы во всех схемах, в каждой схеме есть минус — мы не врем. То, что вам нужно — мы делаем для вас и за вас работу. Мы ее делаем, вы получаете результат, вы его смотрите — не нравится, мы переделываем столько раз, сколько угодно. Будем переделывать, найдем другое решение, со временем мы будем поддерживать, мы не бросим вас.

То есть, по сути, мы вот такие верные и послушные: мы будем делать, стараться и будем советовать, будем консультировать. Почти полный спектр того, что вам нужно, мы вам окажем. Это стоит денег — это стоит того, что нужно оплачивать часы разработчиков.

— И, соответственно, это нужно и интересно ответственным заказчикам, если можно так выразиться? Которые хотят получить действительно какой-то результат, не для галочки, не для того, что вот нам надо новый сайт, а которые болеют за свой бизнес.

Да, в основном это как раз какие-то специфичные решения, своя какая-то хитрая CRM, со своими нюансами, своими хитрыми интеграциями, интеграцией с какой-нибудь уже измененной 1С-кой. То уже у них от 1С стандартной ничего не осталось, они уже в ней всё переворотили. И время у нас теперь такое, что всё это должно работать быстренько на сайте, в онлайне туда-сюда бегать. Это да, это к нам, мы это можем.

Сложно предсказать, когда ты не видишь изначально конфигурацию. Очень сложно оценить. Поэтому говорим: ну давайте делать, мы начнем делать, посмотрим, потихонечку-потихонечку мы укорачиваем итерации, стараемся делать более маленькими порциями задачки — для того, чтобы это было понятней человеку, чтобы он сразу видел результат. Но не всегда это возможно.

Когда человек говорит: у меня нет CRM, но она мне нужна. Что мы будем делать? Надо ее писать. И это достаточно много. Мы думаем, что рано или поздно заказная разработка подзагнется, еще меньше станет ее ниша.

— Даже, скажем так, при большом росте рынка доля заказной разработки будет все равно уменьшаться...

Да, стандартные решения будут занимать всё больше и больше. И сотрудники будут делиться на 2 больших категории: архитекторы, создатели, творцы (но творцы не совсем правильно в контексте), то есть люди, которые пишут какие-то компоненты, код... И те, которые из них собирают, те, кто это умеет. Примерно так: есть те, кто внедряет, а есть те, кто разрабатывает инструмент.

— Я так понимаю, если учесть, что рынок растет, а доля заказанных решений — то, в чем вы сильны, — снижается, то в абсолютных цифрах для вас всё равно работа будет?

Конечно, мы маленькие. Нам не так много надо.

 

Беседовал Дмитрий Корнев
ведущий блога «IT-ПРОвинция».

Поделиться: